Беспалый единственный человек, знающий смертельно опасную тайну Сенатора, мог ли я тогда, в день задержания, даже подумать, что ночной разбойник состоит в тесной дружбе с ним.
Позвоните, пожалуйста, генералу Саматову и скажите, что я просил особо оберегать Парсегяна и все показания записать на видеокассету.
Щупальца у мафии, как я вижу, длинные, как бы они и до него не добрались, сегодня трудно кому-нибудь доверять.
Почему я вас вызвал? -- заговорил вдруг после долгой паузы прокурор, заметно волнуясь.
Вы как раз тот человек, которому я доверяю сполна и знаю, что вы ведете войну с преступностью не на жизнь, а на смерть, без оглядки.
Жаль, я мало чем смог помочь вам в этом, и сам ничего, считай, не успел... -- Не говорите так, -- перебил Джураев, -- мы в уголовном розыске почувствовали, что в крае появился человек, решивший навести порядок невзирая на лица... Но прокурор, пропустив слова полковника мимо, продолжал: -- Я не знаю, сколько я здесь пролежу, полгода, год, и каким отсюда выйду, и чем стану заниматься позже.
