Халдей, оставь деньги в покое, сами посчитаем, лучше накрой стол, как Лютый велел, -- сказал кто-то, на миг оторвав от губ бутылку с пивом.
Меня зовут Коста, -- сказал почему-то гонец и продолжал: -- Я сейчас накрою такой стол, век не забудете... -- И тут же раздалась автоматная очередь, хотя Коста и не вынимал рук из яркой спортивной сумки с деньгами.
Так и не доставая из "Адидаса" с двойным дном легкий израильский автомат "Узи", он продолжал стрелять, только один успел рвануться к приоткрытому окну и выпрыгнуть на улицу, но там его в ту же секунду настигла пуля Арифа, страховавшего именно окна.
Через минуту-две все было кончено.
В комнату с последними выстрелами ворвались Карен с Беспалым.
Я же сказал, что он нам ничего не оставит,-- сказал огорченно Карен.
И в этот момент Лютый на полу слабо шевельнулся и выронил из рук пистолет, так и не успев сделать ни одного выстрела.
