Уйти -- значит признать за собой недобрые намерения, а их Сенатор пока таил даже от Миршаба, и он стал быстро подниматься наверх.
Хозяин банка действительно ждал его, он как раз сам принимал из рук секретарши поднос с чайником и пиалами.
В этот момент Сенатор и вошел в кабинет.
Шубарин радушным жестом пригласил гостя к креслам у окна, на столик между которыми он собственноручно и определил чайные приборы.
Акрамходжаев, перед которым был выбор, сел в то самое кресло, что неделю назад занимал Тулкун Назарович из Белого дома, поведавший Шубарину, как Сухроб Ахмедович некогда взял его за горло.
Шубарин, не забывавший об откровениях старого политикана, стоивших ему тогда тысячу долларов, невольно улыбнулся -- круг замкнулся.
Разговор начал Сенатор... Он не удержался, выказав восторг по поводу увиденного, впрочем, такое начало сняло с него нервное напряжение, возникшее на лестнице,-- сейчас он держался куда увереннее.
