Построить мечеть в смутное время -- это подвиг.
Нынче все думают о животе, о дне насущном, а вы -- о душе, я восхищаюсь и преклоняюсь перед вами... Произнося взволнованную тираду, Сенатор исподволь наблюдал за реакцией старика и понял, что Исмат не обманул.
Бальзамом, музыкой звучали для старика слова: "ваша мечеть", "ваше имя"". Для начала он нашел верный тон беседы, и быстро выяснилось, почему Сабир-бобо затребовал его в Аксай в приказном порядке.
Мудрый старик, видимо, заметил, что гость все-таки обеспокоен поспешным вызовом, хотя и старался не подавать вида, поэтому, выслушав восторги по поводу архитектурных красот и выбора места строительства мечети, сказал: -- Дорогой Сухроб-джан, вы должны меня простить за то, что я поступил с вами жестоко, не дал и трех дней побыть дома, с семьей, с детьми.
Но другого способа испытать вас, проверить, я не знал.
А дело, которым мы с вами заняты, требует людей сильных, которых не могут надломить обстоятельства.
И я, грешным делом, подумал: может, тюрьма сломала вас, может, вы уже раскаялись, что ввязались в рисковые дела? Тем более, я слышал по телевидению ваше более чем сдержанное интервью на открытии банка Артура.
